Lai`a Gol - Елена Квашнина

— Нормально… — к ним подошла Тира с ножом в руке. — Опять ваша знакомая Б.?

— Верно. Наша знакомая б…, - безмятежно согласилась Лея. — Я так и знала, что она на этом не успокоится. То есть, не она, а они, конечно.

— В чём дело? — заинтересовался Ваня, заслышав столь милые его славянскому сердцу напевы родного языка. — Что-то случилось?

— Не отвлекайся, Ваня, — Эван дотронулась рукой до экрана, стирая текст. — Это просто письмо… от старой подруги. Лея, убери эту гадость, сделай одолжение.

Лея вытащила кристалл из паза, бросила его в ящик стола и потянулась ко второй коробочке с вулканской надписью.

— Что это? — Тира выхватила из её рук пластиковую упаковку и поднесла её к глазам. — Ух ты, какая прелесть! Натуральный кельтский узор! Хочешь, я свяжу тебе свитер с такими мотивами?

— Чтобы всем проходящим мимо вулканцам было доподлинно известно, где им искать эту потрясающую девушку, если им это, по некоторым причинам, вдруг станет очень необходимо? — насмешливо поинтересовалась Эван. — Нет уж, спасибо. У меня и без того забот хватает, кроме как за ней с бейсбольной битой по Сан-Франциско ходить. Она у нас девушка эффектная, блондинка к тому же… ну, ты помнишь, как это было.

— Прекрати, — прошипела Лея. — К тому же тогда всё было вовсе не так!

— А что там написано?

— Её точный адрес, если хочешь знать.

— Нет, в письме!

— Это — личное, — Лея выхватила кристалл у Тиры из рук и развернула экран к себе. — Могу я спокойно прочитать письмо без ваших комментариев у себя за спиной или мне уже и на это рассчитывать не приходится?

— Фи, — сморщила носик Тира, разглядывая строки текста, разгорающиеся на экране. — Семейная переписка… Да ещё и на вулканском… Мне это совершенно неинтересно.

— Пошли, — Эван обняла Тиру за плечи и поспешила её увести обратно к столу Леи, где Микки продолжала сосредоточенно нарезать фрукты, в перерывах между делом выуживая из салата нарезанные маслины и кусочки холодной курятины (временные отрезки работы становились всё короче, перерывы — длиннее), — я тебе и так расскажу всё, о чём он пишет…

— Змея, — буркнула Лея, вчитываясь в письмо и с грустью осознавая, что, в сущности, Эван права.

Сорел не писал ни о чём таком особенном — послание включало в себя сухой отчёт о его делах и стандартное пожелание дальнейших успехов в процессе образования.

Мерзавец, подумала Лея, с непроницаемым выражением лица отключая компьютер. Встречу — убью!!!

Не ставя в известность Сарэка — тот нашёл бы тысячу аргументов против подобного безрассудства — и не давая себе времени на раздумья, Сорел оформил визу и документы для перелёта на Землю, после чего купил билет на ближайший пассажирский лайнер, уходящий с Вулкана. Письма — это, конечно, очень хорошо, беда заключалась лишь в том, что он никогда не умел выражать свои мысли в письменном виде. Ещё в детстве, помнится, стоило только учителю произнести магическую фразу «сочинение на вольную тему», как он зависал над пергаментом с самым дебильным выражением лица, на которое только в принципе был способен, и это продолжалось ровно до тех пор, пока учитель не объявлял перерыв. С возрастом он, конечно, научился проявлять необходимый минимум воображения хотя бы в области эпистолярного жанра (не будем вспоминать о том грустном дне, когда Дастин Ривз в голос рыдал над первым в его жизни протоколом с места преступления из серии «рядом сидела трупова жена и громко плакала»), но, всё-таки, видимо, недостаточно, поскольку ответные письма Леи становились всё короче и короче, хотя поначалу, против обыкновения, она писала ему довольно много.

Конечно, он обещал, что не будет отвлекать её от учёбы и всё такое прочее… В конце концов, он и не собирается. Простая встреча и личное обсуждение текущих дел никого не способны выбить из колеи, даже человека. Кто знает? Возможно, эта встреча необходима ей так же, как и ему.

Рассудив примерно таким образом, вулканец собрал свою верную спортивную сумку и отправился в космопорт. Если рассуждать логически, это мероприятие носит ещё и общеобразовательный характер, утешил себя Сорел — как ни крути, а на Земле он всё-таки ещё ни разу не был. Конечно, служба на «Худе» дала ему в этом смысле много полезной информации; он видел множество миров — обитаемых и пустых, мёртвых и полных жизни, необыкновенно прекрасных и столь же невообразимо отвратительных, но в пределах Солнечной Системы ему бывать ни разу не приходилось.

А тут и повод появился.

На день Рождения Тиры явилось довольно много народа, даже Алина зашла на полчасика и подарила ей брелок, выполненный в виде неогранённого такорианского рубина. Гордость не позволила ей задержаться дольше, и, хотя Тира и Эван просили её остаться, она ушла ровно через тридцать минут — ни больше, ни меньше. Из вулканцев были только Сэлв и Т'Ария — Совок не пришёл, возможно, просто постеснялся. В общем, собралось человек пятнадцать (Тира могла бы пригласить и больше, но Эван резонно заметила, что, хотя комната и преступно велика для троих, она всё-таки не резиновая), и через какое-то время всё происходящее стало подозритетельно напоминать любую наугад взятую вечеринку из их прошлой жизни, только вот состав присутствующих немного изменился, а так — всё то же самое… Разумеется, в конце концов, в руках у будущей надежды человечества на стабильный мир и галактику без войн нарисовалось не только белое сухое, но и кое-что покрепче, но, к счастью, обошлось без эксцессов. Дежурные офицеры терпели этот разврат, сколько могли, всё-таки следующий день был выходным, и единственный старший по званию преподаватель бдительно спал двумя этажами выше, но ближе к двум часам ночи и они проявили известную твёрдость характера и растащили всех обнаглевших первокурсников по своим комнатам. Ну, или почти всех… Во всяком случае, никто так и не смог понять, куда исчез после вечеринки Ваня, и почему он проснулся утром у Леи под кроватью, а главное — как он там поместился?! Впоследствии ни Айл, ни Майк, ни Сэлв так и не смогли найти этому хоть сколько-нибудь внятного объяснения, а Ваня больше никогда в жизни не пил водки после белого сухого. Вытаскивали его втроём, дружно матерясь сквозь зубы, что очень способствовало ускорению процесса, а торопиться безусловно следовало, ибо Ваня жалобно скулил и просился в туалет. Учитывая объёмы выпитого накануне спиртного, последствия промедления грозили, самое меньшее, наводнением. В конце концов, Серёгина благополучно извлекли, и он со скоростью света исчез в сопредельном помещении, сопровождаемый издевательским хохотом однокурсниц.

К счастью, это была единственная жертва столь удачно проведённого вечера, так что все остались очень довольны. Даже Ваня. Можно даже сказать — в особенности Ваня… как-никак, до туалета он всё же добрался вовремя!

Удачно последовавшие за этим ярким событием суббота и воскресенье позволили всем задействованным в нём лицам прийти в себя и хотя бы немного подготовиться к тем самым ужасам, что были обещаны им начальством, а именно — к тестам и марш-броску по неизвестной территории. К удивлению (а в случае вулканцев — разочарованию) курсантов тесты оказались вполне адекватны объёмам пройденного материала, и все написали их с довольно приличным результатом, и даже тем, кто умудрился их провалить, была позволена одна попытка пересдачи. В итоге человека три с потока всё же ушло, но это было логично — они уже и сами начали понимать, что Академия оказалась для них слишком тяжёлым испытанием.

На следующий день генерал Джонсон провёл среди курсантов разъяснительную беседу, собрав их для этой цели в большом лекционном зале.

— Товарищи курсанты! — начал он хорошо поставленным командирским голосом (при первом же слове у Леи поползли вверх обе брови разом, но она нашла в себе силы воздержаться от ностальгических комментариев). — Вы только что прошли через контрольный срез на выживаемость знаний. Большинство из вас показало отличные результаты. Я вами доволен. Теперь поговорим о втором этапе вашего испытания. Первоначально планировалось провести общий марш-бросок по усложнённому маршруту на одном из произвольно выбранных полигонов, но… месяц назад оттуда (Джонсон многозначительно указал пальцем на лампы дневного освещения) поступила совершенно иная директива, и наши планы изменились. Теперь перед вами стоит иная задача — более трудная, конечно, но вместе с тем и более интересная. Всё остальное вы узнаете непосредственно перед испытанием. Ваш курс буден поделён на две равные части и вывезен на один из наших полигонов. Мы рассмотрели несколько возможных вариантов и решили провести учения на Земле, в районе средней полосы. Возьмите с собой всё, что полагается в таких случаях, и будьте готовы завтра к шести утра. Мы полетим в Россию, в район девятнадцатого полигона. До этого времени можете быть свободны.